Lb66.ru

Экономика и финансы
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Фабула дела в конституционном суде

Новости

Студенты юридического факультета вошли в десятку сильнейших команд России в конкурсе по конституционному правосудию

В конце января состоялся второй этап (этап устных раундов) юбилейного Х Всероссийского конкурса по конституционному правосудию среди студенческих команд высших юридических учебных заведений (юридических факультетов) России. Команда Алтайского филиала РАНХиГС при Президенте РФ в составе студентов 3 курса юридического факультета Дарьи Алябьевой, Евгения Люткайтиса, Никиты Решетникова и студента 2 курса Константина Горшенева вышла в эту часть конкурса и, войдя в десятку сильнейших команд, заняли 9 место.

Конкурс «Хрустальная Фемида» организован Институтом права и публичной политики при поддержке Венецианской комиссии Совета Европы и Конституционного Суда Российской Федерации. Судьями выступают ведущие ученые-конституционалисты, в том числе судьи Конституционного Суда Российской Федерации в отставке, Судьи Европейского Суда по правам человека в отставке, руководящие органы Федеральной палаты адвокатов России.

На первом этапе суть конкурса состоит в подготовке процессуальных документов по предложенной фабуле дела. При этом в своей позиции участники должны обращаться к правоприменительной практике России, действующему национальному и международному праву, сравнительному правоведению, практике Европейского Суда по правам человека и, безусловно, к практике Конституционного Суда Российской Федерации. А на втором этапе — в имитации конституционного судебного процесса по предложенному делу, как на стороне заявителя, так и на стороне государственных органов.

Из 57 заявившихся со всей страны сильнейших команд лишь 18 прошли во второй этап и смогли принять участие в импровизации судебного процесса в Конституционном Суде Российской Федерации. В этот тур, кроме нашей команды, вышли команды из таких вузов, как Финансовый университет при Правительстве РФ, Санкт-Петербургский государственный университет, Дальневосточный федеральный университет, Южный федеральный университет, Тюменский государственный университет, Всероссийская Академия внешней торговли, Российский университет дружбы народов, Высшая школа экономики и ее филиал в Санкт-Петербурге, Средне-Волжский институт (филиал) ВГУЮ (РПА Минюста России), Сибирский федеральный университет, Уральский государственный юридический университет, Волго-Вятский институт (филиал) университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА), Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова, Российский государственный университет правосудия и его Северо-Кавказский филиал, Кемеровский государственный университет.

В устных раундах наши ребята заняли 8 позицию, но по сумме баллов за письменный и устный раунды заняли 9 место, уступив лидерство Уральскому государственному юридическому университету, Финансовому университету при Правительстве РФ, Санкт-Петербургскому государственному университету, Южному федеральному университету, РУДН, Волго-Вятскому филиалу МГЮА, Российскому государственному университету правосудия, Дальневосточному федеральному университету.

Ребята показали очень высокий уровень подготовки и достойно представили свой вуз, несмотря на то, что устные раунды проходили в дистанционном формате, что добавило им напряжения. Судьи непрерывно задавали вопросы, при этом команда должна была следовать четкому регламенту. По итогам конкурса ребятам направлены дипломы и сувениры.

Тренером команды выступала заведующий кафедрой конституционного и международного права Алтайского филиала РАНХиГС, к.ю.н., доцент Екатерина Алексеевна Казьмина.

Мы поздравляем ребят и их тренера с таким высоким результатом и верим, что впереди будет еще много побед!

Подведены итоги международного конкурса правового эссе

Право в современном мире: изменения и векторы развития

Студентка Академии победила в региональном этапе Всероссийского конкурса научных работ, посвященных службе судебных приставов

Правоохранительная политика стран СНГ – взгляд юристов

Правовое просвещение школьников

Выделите её, нажмите Ctrl+Enter и отправьте нам уведомление. Сервис предназначен только для отправки сообщений об орфографических и пунктуационных ошибках.

Модельные процессы

Муткорт (mootcourt) – это игровой судебный процесс, разыгрываемый на соревновательной (конкурсной) основе. Этот вид внеучебной командной деятельности молодых юристов моделирует рассмотрение вымышленного дела судебным органом.

Фабула дела, как правило, доводится до команд заблаговременно. Под руководством опытных тренеров студенческие команды готовят письменные позиции (меморандумы) со стороны истца и со стороны ответчика. В ходе муткорта представители команд, проанализировав фактические обстоятельства дела, представляют перед судьями свою позицию в споре.

Участие в игровых судебных процессах способствует развитию профессиональных компетенций студентов-юристов, поэтому муткорты пользуются огромной популярностью у студентов УрГЮУ.

Студенческие команды УрГЮУ ежегодно принимают участие в следующих муткортах:

Конкурс имени Филиппа Джессопа (The Philip C. Jessup International Law Moot Court Competition) — это соревнование по международному праву, которое проводится в форме игрового судебного рассмотрения дела Международным судом ООН. Конкурс имени Джессопа был основан в 1959 году и проходит по всему миру. Ежегодно более 600 команд из 90 стран мира принимают участие в Конкурсе. Конкурс проводится полностью на английском языке.

Организаторами конкурса являются международная ассоциация студентов-юристов ILSA и международная юридическая фирма White&Case.

Конкурс включает два этапа – письменный и устный. В ходе конкурса команды готовят меморандумы в защиту собственной позиции, а также устно представляют ее перед коллегией из трех судей, дважды выступая в качестве истцов и дважды в качестве ответчиков.

Хрустальная Фемида — ежегодный конкурс по конституционному правосудию среди студенческих команд юридических вузов России.

Учредителями конкурса выступили Институт права и публичной политики и Венецианская комиссия Совета Европы. Конкурс проводится ежегодно, начиная с 2011 года. Команды-участницы вступают в игровой судебный процесс в Конституционном Суде. Работая со специально подготовленной фабулой, они готовят процессуальные документы: жалобу в Конституционный Суд и отзыв на неё. Документы оценивают судьи Конкурса. Команды, показавшие лучшие результаты, получают возможность выступить в устных раундах, отстаивая свою позицию по делу перед жюри. Команда, признанная лучшей по итогам дебатов, получает главную награду Конкурса — Хрустальную Фемиду. Приз остаётся в учебном заведении, подготовившем команду-победительницу. Рабочий язык Конкурса — русский.

Документы и устные выступления участников оценивают ведущие эксперты в области конституционного права и правосудия. Помимо практических навыков и повышения уровня теоретической подготовки, Конкурс даёт студентам возможность проявить свои профессиональные качества и компетентность в присутствии потенциальных работодателей — представителей государственных органов, юридических фирм и адвокатских образований, выступающих в качестве судей Конкурса.

Модель международного коммерческого арбитража – ежегодный международный студенческий конкурс по международному частному праву и международному коммерческому арбитражу, к участию в котором приглашаются команды, представляющие как российские, так и зарубежные высшие учебные заведения.

Студенческий конкурс по международному коммерческому арбитражу «ВАВТ – Международная купля-продажа» имени М.Г. Розенберга. Основной задачей современного высшего образования является не только обеспечение получения студентами знаний по избранной специальности, но и привитие навыков практической работы, умение формулировать позицию по спорной ситуации, защищать интересы предприятия в суде, арбитраже и в третейском суде. Именно этой цели посвящен организованный в 2014 г. центром международного частного права Всероссийской Академии внешней торговли Минэкономразвития России студенческий конкурс по международному коммерческому арбитражу – единственный в нашей стране.

Конкурс носит имя профессора М.Г.Розенберга, который широко известен в нашей стране и за рубежом. Он — один из создателей Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г., он разрабатывал основополагающие документы по поставке товаров, обеспечивавшие более 60% торгового оборота нашей страны (Общие условия поставок СЭВ, Общие условия поставок с КНР, Общие условия поставок СЭВ-Финляндия). Более 40 лет он — один из самых авторитетных и избираемых арбитров, которому спорящие стороны доверяли решение сложнейших правовых вопросов. Из 81 года функционирования ВАВТ 50 лет Михаил Григорьевич вел активную преподавательскую работу, осуществляя подготовку вначале специалистов по внешней торговле, а с созданием Международно-правового факультета – юристов-международников.

Читать еще:  Консультация юриста по пенсионному законодательству

Оргкомитет конкурса возглавляет заведующий кафедрой международного частного права профессор А.С.Комаров, жюри конкурса возглавляет Вице-президент ТПП РФ В.А.Чубаров. Судьями выступают только арбитры МКАС при ТПП РФ и Арбитража при Московской ТПП. Арбитражное разбирательство осуществляется на основе Регламента МКАС при ТПП РФ. Конкурс проводится при поддержке ТПП РФ, ICC Russia, СПС «КонсультантПлюс», журналов «Хозяйство и право», «Третейский суд», «Вестник международного коммерческого арбитража».

Конкурс проводится с целью стимулирования студентов, магистрантов и аспирантов к изучению международного частного права, гражданского права, гражданского и торгового права зарубежных стран, развития у них навыков по толкованию и применению норм права, формирования и представления юридической позиции в виде обмена состязательными документами и устных выступлений перед составом арбитров, а также популяризации деятельности МКАС при ТПП РФ, насчитывающего 83 года практики разрешения споров из международных коммерческих контрактов с участием сотен отечественных и зарубежных фирм.

Конкурс проводится ежегодно в апреле. За несколько месяцев до конкурса на сайте ВАВТ публикуется регламент конкурса и модельное дело, по которому проводятся письменные и устные дебаты между командой истца и командой ответчика. На первой стадии конкурса каждая команда готовит меморандум истца и меморандум ответчика. На второй стадии проводятся устные игровые поединки в виде арбитражных заседаний, в которых перед составом из трех арбитров выступает команда истца и команда ответчика, высказывая позиции по процессуальным и материально-правовым аспектам дела. Каждая команда выступает и в качестве истца и в качестве ответчика. Каждый состав арбитров оценивает качество подготовленных процессуальных документов и устных выступлений команд.

Основное достоинство конкурса состоит в том, что его арбитрами выступают только арбитры МКАС при ТПП РФ и Арбитража при МТПП, то есть профессионалы разрешения международных коммерческих споров. Члены жюри — арбитры МКАС, из которых формируется состав трибунала из трех арбитров в каждом процессуальном поединке. Арбитры не просто участвуют в рассмотрении дела, но и выставляют оценки, представляют рекомендации и дают профессиональные и жизненные советы начинающим юристам.

Конкурс РАА по Арбитражу Онлайн. Конкурс Арбитражной Ассоциации по Арбитражу Онлайн — ежегодный студенческий конкурс в формате игрового судебного процесса (moot-court).

Организаторами Конкурса выступают Арбитражная Ассоциация при поддержке факультета права Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».

Frankfurt Investment Arbitration Moot Court. Франкфуртский инвестиционный Арбитражный суд является старейшим и самым престижным студенческим конкурсом в области права защиты инвестиций. Его основное внимание уделяется устному представлению юридических аргументов в Арбитражном суде, состоящем из специалистов в этой области, во время недельного заключительного мероприятия, которое проводится в начале или середине марта каждого года.

Франкфуртский инвестиционный Арбитражный суд уникален тем, что он сочетает в себе право защиты инвестиций, одну из самых современных и быстро развивающихся областей международного права, с историей международного права и международной торговли.

Каждый год, в случае изучения учащимся предоставляются основан на реальных, исторических событиях, начиная от банковского дела 4- го века до н. э. (Isokrates, Пасьон) в средневековых документов из Генизы Бен Эзра синагоге в Фостате (старый Каир), спора между Российской Империей и США в 19- й век (дело Дальберга) и дело о британских банкнотах 1920-х годов. Студенты обсуждают дела в соответствии с современным международным правом, но обычно важную роль играют исторические декреты (такие как так называемый папирус Клеопатры), современное национальное право и юридические заключения (такие как юридические заключения, найденные в документах Генизы, касающихся семейного положения Ашу Берахи) или договоры (такие как договор 1832 года между Россией и США).

Конкурс «Разрешение споров в ЕАЭС» представляет собой уникальную образовательную платформу, позволяющую будущим специалистам в области юриспруденции изучить модели разрешения споров в рамках ЕАЭС. Целью данного конкурса является формирование нового поколения высококвалифицированных специалистов в области международного права в странах ЕАЭС, способных представлять интересы как государств, так и участников бизнес-сообществ своих стран в международных юрисдикционных органах.

Модель Международного уголовного суда – студенческий игровой процесс (mootcourt), имитация разбирательства в Международном уголовном суде. По единым правилам и игровому делу конкурс ежегодно проводится и на других официальных языках МУС — английском, испанском и китайском. Отличительной чертой конкурса является выступление команд в роли трех участников судебного процесса. Применяя нормы международного уголовного права, международного публичного права и процессуального права Суда, команды составляют письменные меморандумы и выступают на устных раундах в качестве стороны обвинения, защиты, представителя потерпевших или государства, вступающего в процесс.

Русскоязычная модель МУС ежегодно проводится Высшей школой экономики при участии и поддержке Международного уголовного суда.

КС не стал рассматривать жалобу на коллизию норм УК об ответственности за причинение смерти по неосторожности

Конституционный Суд РФ вынес Определение № 1373-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы на неконституционность ч. 1 ст. 109 и ч. 4 ст. 264 УК РФ, регламентирующих ответственность за причинение смерти по неосторожности, а также нарушение ПДД и правил эксплуатации транспортного средства.

Михаил Быков был признан одним из потерпевших в уголовном деле, где гражданин С. обвинялся в том, что он, находясь в состоянии алкогольного опьянения, при управлении гусеничным вездеходом совершил наезд на Б. на поляне около леса, в результате чего мужчина скончался. Суд признал С. виновным по ч. 1 ст. 109 УК и назначил наказание в виде ограничения свободы на год. При этом суд отверг доводы потерпевшего о наличии оснований для квалификации преступления как более тяжкого – по п. «а» ч. 4 ст. 264 УК, поскольку в ходе следствия и судебного разбирательства на месте происшествия, указанном в обвинительном заключении, не было установлено наличие дорог.

Потерпевшие оспорили приговор со ссылкой на то, что на месте преступления имелась лесная (тракторная) дорога, приспособленная для транспорта повышенной проходимости, однако апелляционный суд оставил приговор без изменений. В частности, апелляция сочла, что доказательства, содержащие сведения о следах вездехода и тракторной дороге, не могут опровергать выводы нижестоящего суда об отсутствии на месте происшествия дороги по смыслу Закона о безопасности дорожного движения и ПДД. Также апелляционный суд указал на отсутствие оснований для признания обстоятельством, отягчающим наказание осужденного, нахождение его в состоянии алкогольного опьянения, поскольку сведения о том, что данное состояние каким-либо образом оказало влияние на совершенное преступление и на поведение виновного, отсутствовали. Кассация поддержала акты нижестоящих судов.

В жалобе в Конституционный Суд Михаил Быков указал, что спорные нормы не соответствуют Основному Закону, поскольку они вследствие неопределенности не позволяют разграничить предусмотренные ими составы преступлений. По мнению заявителя, указанные нормы допускают квалификацию действий лица, не имевшего специального права на управление механическим транспортом, находившегося в состоянии алкогольного опьянения и управлявшего таким транспортным средством ненадлежащим образом вне дороги, что повлекло причинение человеку смерти по неосторожности, не по пункту «а» ч. 4 ст. 264 УК, а по ч. 1 ст. 109. Заявитель также просил КС обязать суд общей юрисдикции пересмотреть приговор в отношении С. в части квалификации действий осужденного.

Читать еще:  Как узнать свой инн по фамилии

Изучив жалобу, Конституционный Суд отказался принимать ее к рассмотрению. Он напомнил, что принцип non bis in idem исключает повторное осуждение и наказание лица за одно и то же преступление, а также квалификацию одного и того же преступного события по нескольким статьям уголовного закона, если содержащиеся в них нормы соотносятся между собой как общая и специальная или как целое и часть. Кроме того, указанный принцип исключает двойной учет одного и того же обстоятельства одновременно при квалификации преступления и при определении вида и меры ответственности.

«В случае коллизии между общей и специальной нормами, регулирующими одни и те же общественные отношения, последняя обладает приоритетом исходя из общеправового принципа lex specialis derogat generali (специальный закон отстраняет общий закон). Уголовный кодекс РФ в ч. 3 ст. 17 также закрепляет, что если преступление предусмотрено общей и специальной нормами, то совокупность преступлений отсутствует и уголовная ответственность наступает по специальной норме. Статья 109 УК РФ выступает общей нормой по отношению к специальным нормам, предусматривающим ответственность за неосторожное причинение смерти при нарушении (несоблюдении) правил, призванных обеспечить безопасность тех или иных видов деятельности, в том числе по отношению к положению п. “а” ч. 4 ст. 264 УК РФ», – отмечается в определении.

В связи с этим КС счел, что оспариваемые положения в их соотношении предполагают возможность возложения уголовной ответственности за причинение смерти по неосторожности по ч. 1 ст. 109 УК как общей норме лишь при отсутствии признаков состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 4 ст. 264 Кодекса. Таким образом, подчеркнул Конституционный Суд, оспариваемые нормы не содержат какой-либо неопределенности в указанном в жалобе аспекте и не могут нарушать конституционные права заявителя. КС добавил, что заявитель фактически ставит перед Судом вопрос проверки квалификации преступного деяния С., выразив несогласие с вынесенными по данному уголовному делу судебными решениями и настаивая на их пересмотре. Однако проверка законности и обоснованности решений судов общей юрисдикции не относится к полномочиям Конституционного Суда.

Председатель президиума КА «Лапинский и партнеры» Владислав Лапинский отметил, что КС вынес совершенно правильное определение в части разделения дискреции судов и – с точки зрения разделения функций уголовного преследования – между судебной властью и следствием. Кроме того, данное определение служит примером ответа Конституционного Суда на неправильно поставленные вопросы жалобы. «КС фактически разъяснил заявителю, что вопрос квалификации преступлений относится к компетенции органов следствия, исходя из собранных доказательств. Суды общей юрисдикции могут “поправить” следствие, вернув дело прокурору, если из материалов дела усматривается возможность квалификации преступления по специальной норме вместо общей либо если не все собранные доказательства приобщены к материалам дела. В любом случае эти вопросы не входят в компетенцию Конституционного Суда – он проводит ревизию судебных решений только в том случае, если толкование закона судами общей юрисдикции не соответствуют толкованию Конституции», – пояснил он.

Адвокат добавил, что специальные нормы права действуют в строго регламентированных законом случаях, в остальных – применяются общие нормы. «Регламентация случаев, когда применяются специальные нормы, – это опять же вопрос законодателя, который для этого издает соответствующие нормативные акты или делегирует свои полномочия другим органам. Исходя из разделения полномочий, установить факт наличия условий для применения специальных норм (в конкретном случае – наличие либо отсутствие дороги) должны были органы предварительного следствия. Исходя из этого, следственные органы должны были квалифицировать преступление по общей или по специальной норме УК. Суд общей юрисдикции, в свою очередь, полномочен проверить правильность квалификации и вынести решение о наказании. Данная дискреция полностью соответствует Конституции», – подчеркнул Владислав Лапинский.

Эксперт обратил внимание, что сбор и представление доказательств в органы уголовного преследования не являются исключительным правом следствия – УПК РФ не содержит какого-либо запрета, поэтому сбор доказательств могут проводить и адвокаты, и потерпевшие, а также другие участники уголовного дела. «В случае отказа органов следствия приобщить собранные этими участниками доказательства к материалам дела и оценить их вопрос о соответствии действий следствия уголовно-процессуальному закону разрешается судом. Косвенно из текста определения КС можно предположить, что заявитель такие доказательства (в данном деле – что в месте, где было совершено преступление, проходила дорога: т.е. имеются условия для применения специальных статей УК) собрал, но либо не представил органам следствия, либо получил от следствия отказ в их приобщении и оценке. Кроме того, неясно, ставил ли он вопрос об этих недостатках следственных действий перед судом или нет, и если да, то какова была реакция суда», – заметил Владислав Лапинский.

По его мнению, правильным вопросом, поставленным заявителем перед Конституционным Судом, был бы вопрос о конституционной оценке именно этих обстоятельств и, соответственно, – о конституционности примененных статей УПК. «Но это можно оценить, только зная дело “изнутри”. Фабула конкретного дела достаточно проста: лицо в состоянии алкогольного опьянения, не имея специальных прав на управление гусеничным вездеходом, управляя данным транспортным средством в лесу (в условиях бездорожья, коль иное не установлено следствием), совершило наезд на человека, в результате чего пострадавший получил тяжкие телесные повреждения, приведшие к смерти. Встал вопрос квалификации содеянного и, исходя из квалификации, – выбор преступнику наказания, а также возможность применения опьянения как отягчающего обстоятельства (в специальной норме ст. 264 УК состояние опьянения прямо указано как обстоятельство, отягчающее наказание. В иных случаях это усмотрение суда). Кроме того, исподволь заявитель ставил перед КС вопросы о том, действуют ли ПДД в лесу, а также о тщательности составления следственными органами осмотра места происшествия и сбора доказательств», – пояснил Владислав Лапинский.

Эксперт отметил, что согласно п. 1.2 ПДД дорогой является обустроенная или приспособленная и используемая для движения транспортных средств полоса земли или поверхность искусственного сооружения. «По логике, если лесная дорога используется для движения, то на ней в полной мере действуют ПДД, даже если речь идет об обычной грунтовой дороге, которая пересекает лес или поле. Вне дороги ПДД не действует – соответственно, действуют не специальные, а общие нормы УК. Таким образом, ПДД действуют только в том месте, где имеется дорога, и, соответственно, только здесь применяются специальные нормы УК о нарушениях на дороге», – резюмировал он.

По мнению адвоката АБ «А2К» Дмитрия Хомича, данное определение указывает гражданину на его ошибочное понимание функции Конституционного Суда в российской правовой системе: «Я тоже не вижу никакого противоречия в применении обсуждаемых норм, а несогласие с постановленным приговором само по себе не может быть поводом для обращения в КС».

В рассматриваемой ситуации, полагает эксперт, суды общей юрисдикции действуют в полном соответствии с номами уголовного права, а также сформировавшейся судебной практикой. «Последовательно постановленный приговор был проверен судебными инстанциями, дана оценка доводом потерпевшего. При таких обстоятельствах данное определение КС имеет значение только в дополнительном разъяснении функций Конституционного Суда, при этом оно никак не влияет на сложившуюся практику рассмотрения уголовных дел. Также этот судебный акт свидетельствует о правильности приговора и правовой позиции судов общей юрисдикции по конкретному делу. В практике довольно часто встречается ситуация, когда стороны уголовного разбирательства, стремясь реализовать свои конкретные цели, пытаются использовать “параллельные” способы их разрешения. Но нужно понимать, что явно ненадлежащее обращение является злоупотреблением правом», – подчеркнул Дмитрий Хомич.

Читать еще:  Не дают отпуск по графику что делать

М. Поздняков: Между личным и публичным

Вступившая в силу 1 октября новая статья 152.2 Гражданского кодекса об охране частной жизни гражданина является попыткой провести границу между личным пространством и публичным.

Сделан шаг по повышению гарантий защиты личного пространства и запрета на оглашение личной информации без согласия гражданина. Это одна тенденция, и она понятна всем. Естественной реакцией любого человека является попытка по возможности избежать оглашения личной информации. Например, по данным Левада-Центра лица, профессионально работающие в судах (судьи, адвокаты, прокуроры), в отличии тех, кто не связан с работой судов, в четыре раза реже поддерживают тезис о том, что судебные акты должны размещаться полностью без каких-либо купюр (3,2% против 13,5%), при том, что среди вторых неопределившихся с ответом на вопрос больше почти в два раза (26,3% против 14,5%).

Но вместе с этим в последнее десятилетие ярко проявляет себя другая тенденция, когда все больше информации становится доступной третьим лицам. Расширение публичности вопреки желанию людей, так или иначе, происходит. Драйвером этой тенденции является технический прогресс, который качественно трансформирует общественные отношения. В обществе нет согласия с тем, что первично в этом процессе – информатизация / интернетизация / гаджетизация, которые потом меняют общественные отношения, либо, наоборот, — общественные отношения эволюционируют и создают заказ на информатизацию. Но даже без ответа на этот вопрос ясно, что информатизация это реальность. Это процесс,который активно проникает во все стороны жизни, и игнорировать его невозможно. Причем новые технологии атакуют в прямом смысле этого слова. Ребусы, которые приходится решать законодательно, вызваны постоянным расширением публичного начала, в то время как личное пространство только обороняется. Весь спор о границе между этими двумя тенденциями вызван тем давлением, которое оказывает на личное пространство расширение публичности, а не наоборот. Можно сказать, что личное пространство, будучи втянутым в интернет, оказалось слабой стороной.

С самого начала столкновения личного и публичного разворачивалось вокруг понятия персональных данных. Постепенно его максимально расширили. Сейчас под охраной закона находится любая информация, которая прямо или косвенно характеризует человека. Но это формально. Фактически граница не очевидна, а попытка расширить личное пространство только размыла ее. Более того сторонники защиты личного пространства вынуждены вводить исключения в жесткие правила. Никто публично не подвергает сомнению тот факт, что есть случаи, когда защита персональных данных не нужна. Даже в упомянутой новой статье ГК предполагается ограничение охраны личных данных ради государственных, общественных или иных публичных интересов. Звучит размыто, впрочем, так же как и само понятие персональных данных. Но эта размытость объясняется тем, что невозможно предвидеть конкретный механизм разрешения всех возможных конфликтов. Переплетение отношений между людьми, госорганами и юрлицами приобрело настолько сложный характер, что переданная на самых законных основаниях личная информация может «всплыть», где угодно и с самыми неожиданными последствиями для их обладателя.

Один из неожиданных поворотов этой темы был предметом разбирательства в судах и даже дошел до Конституционного Суда. В двух словах фабула дела: год назад гражданин с помощью видеорегистратора зафиксировал нарушение правил дорожного движения (пересечение двойной сплошной полосы) и написал заявление с просьбой привлечь нарушителя к административной ответственности. Впоследствии нарушитель ознакомился с материалами административного дела, в том числе с личными данными гражданина, написавшего заявление (номер телефона, место жительства, полное ФИО), и ставшего свидетелем по делу. Водитель привлеченный к административной ответственности, звонил свидетелю, высказывал угрозы и требовал забрать заявление. Угрозы подействовал: наш активный гражданин решил не огребать неприятностей и попросил полицию прекратить дело. Действующее законодательство не содержит такого основания как прекращение административного производства по просьбе свидетеля, но сотрудники ГИБДД, учитывая неоднозначность ситуации, пошли навстречу и прекратили дело в связи с малозначительностью.

Активный гражданин желая доказать свою правоту стал оспаривать законность действий сотрудников ГИБДД в той части, когда они ознакомили подозреваемого в правонарушении с материалами дела, где было его заявление со всеми личными данными. Суд первой инстанции согласился с этим требованием и признал раскрытие данных свидетеля нарушением, но при рассмотрении дела в областном суде было принято новое решение, и в удовлетворении требований было отказано. Заявитель дошел до Верховного Суда, но не переломил ситуацию в свою пользу. В итоге он обратился в Конституционный Суд, который в июле этого года вынес определение об отказе в принятии дела к рассмотрению (определение № 1217-О). Заявитель полон решимости дойтидо Европейского суда.
В сухом остатке вопрос – должна ли быть программа защиты свидетелей по административным делам? На этом настаивает заявитель, и его позиция понятна, нет ничего неожиданного и в поведении ускользнувшего от наказания водителя. Но создание особой программы защиты свидетелей по административным делам представляется слишком громоздкой конструкцией, которая вряд ли будет работать. Не говоря уже об осадке от эффекта анонимки и неизбежных ассоциациях со стукачеством.

Очевидно однако, что рассмотренная ситуация не единична, и решение искать необходимо. Это пока до Конституционного Суда дошло только одно дело, а с учетом распространения и доступности средств видеофиксации в ближайшее время, скорее всего, будет появляться все больше активных граждан, ратующих за соблюдение правил дорожного движения, а также тех, кто не полностью согласен с появлением новых «общественных дружинников» на дорогах.
Найти баланс между личным и публичным пространством помогло бы некое правило, универсальный критерий. На мой взгляд, на роль такого критерия подойдет тезис о том, что главная цель – это защита гражданина от государства, а взаимоотношения между гражданами должны разворачиваться в рамках общего правового пространства. Если пойти по пути создания дополнительных законодательных подпорок в виде института защиты свидетелей по административным делам, то тогда появится слишком сложная конструкция, которая вряд ли будет эффективно работать. Но главное, этот путь исключает такой важный элемент как самостоятельная активность граждан. В рассмотренном случае ничто не мешает созданию самых разнообразных форм гражданских объединений, вплоть до ситуации, когда заявителем выступает лицо, которое заранее готово противостоять давлению со стороны водителя-нарушителя. Ведь правовое поле – это не колючая проволока, за которую одни загоняют других, это постоянно меняющиеся отношения между людьми и коллективами, где все имеют право на свою активность.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector