Lb66.ru

Экономика и финансы
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Оспаривание неправомерного кредитного договора в суде

Аналитика Публикации

Банк повысил проценты по кредиту, ссылаясь на кризис. Шансы заемщика оспорить повышение

Высокая степень кредитования в Российской Федерации неизбежно порождает конфликт интересов кредиторов и заемщиков на той стадии, когда экономические условия диктуют свои «правила» развития кредитных правоотношений. Изменившиеся экономические реалии (падение платежеспособности ряда заемщиков, рост объема просроченной задолженности) вынуждают кредитные организации рассматривать вопрос об изменении условий уже выданных кредитов в сторону повышения процентной ставки. Такое повышение процентной ставки всегда оказывается достаточно неожиданным и чувствительным для заемщиков, которые вынуждены либо соглашаться с ним и нести финансовые потери, либо оспаривать его.

Процентную ставку можно повысить только путем заключения соответствующего соглашения

Общие положения Гражданского кодекса РФ в обновленной редакции не допускают односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами (п. 1 ст. 310 ГК РФ). Впрочем, уже следующий пункт ст. 310 ГК РФ предусматривает возможность отступления от общего правила: одностороннее изменение условий обязательства, связанного с осуществлением всеми его сторонами предпринимательской деятельности, или односторонний отказ от исполнения этого обязательства допускается в случаях, предусмотренных ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Таким образом, принципиальным становится вопрос о том, кто является заемщиком в кредитных правоотношениях: физическое лицо или субъект предпринимательской деятельности.

Права физического лица в общем порядке защищаются оговоркой в п. 2 ст. 310 ГК РФ о том, что право на одностороннее изменение условий договора может быть предоставлено лишь стороне, не осуществляющей предпринимательскую деятельность. Следует также обратить внимание и на ст. 29 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности», которая устанавливает, что по кредитному договору, заключенному с заемщиком-гражданином, кредитная организация не может в одностороннем порядке сократить срок действия этого договора, увеличить размер процентов и (или) изменить порядок их определения, увеличить или установить комиссионное вознаграждение по операциям (за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом).

Единственной возможностью для кредитной организации повысить процентную ставку по договору является заключение соответствующего соглашения, которое изменит правоотношения сторон. При этом одностороннее уведомление, направленное заемщику, не может являться надлежащим соглашением сторон, если оно не будет акцептовано адресатом в виде заключения дополнительного соглашения.

Напротив, если стороны изначально закрепили условие о праве банка в одностороннем порядке повысить процентную ставку при наступлении какого-либо события (смена заемщиком работы или увольнение), то действия банка по увеличению процентной ставки будут считаться правомерными в случае наступлении соответствующего события. Заемщик, действуя по своей воле и согласовав такие условия с банком, выражает свое согласие на изменение банком процентной ставки, а потому не вправе впоследствии его оспаривать. При этом размер повышения ставки должен быть определен в соглашении сторон.

Судебная практика поддерживает данную точку зрения на различных уровнях, включая Верховные суды субъектов РФ (апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 05.08.2015 по делу № 33-5289/2015, апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 12.05.2015 по делу № 33-7741/2015).

Изменение экономической ситуации в стране может стать достаточным условием для повышения процентной ставки

Законодатель в отношениях между субъектами предпринимательской деятельности допускает большую степень диспозитивного регулирования, что связано с принятием такими субъектами на себя определенных рисков, сопутствующих предпринимательской деятельности.

Президиум ВАС РФ указал, что при реализации предусмотренного кредитным договором права в одностороннем порядке изменять условия кредитования банк должен действовать, исходя из принципов разумности и добросовестности (п. 3 информационного письма от 13.09.2011 № 147 «Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о кредитном договоре»).

Таким образом, для правомерного увеличения кредитной организацией процентной ставки по кредитному договору в одностороннем порядке одновременно должны удовлетворяться два условия: право на такое увеличение процентной ставки установлено договором, действия банка являются разумными и добросовестными.

Безусловно, в рыночных отношениях категории разумности и добросовестности могут отличаться в понимании каждого отдельно взятого субъекта. Вместе с тем, поскольку законодателем не установлено каких-либо арифметических критериев разумного и добросовестного увеличения процентной ставки, такие критерии подлежат определению исключительно практическим путем.

Как правило, судебная практика исходит из того, что выраженная сторонами воля в договоре на предоставление такого права банку действительна и не подлежит оспариванию как недобросовестное поведение кредитной организации. При этом следует отметить, что даже такое событие как ухудшение экономической ситуации в Российской Федерации, которое не обладает конкретными показателями, может являться достаточным для одностороннего правомерного увеличения банком процентной ставки. В частности, речь может идти об изменении общих экономических условий в стране и/или принятии законодательных актов, изменяющих валютно-денежную систему РФ, либо изменении экономической конъюнктуры на рынке банковских услуг в регионе, а также изменении ставки рефинансирования (учетной ставки) Банка России. Подобная ситуация являлась предметом рассмотрения в судебной практике, и суд занял сторону кредитной организации (постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 19.03.2013 по делу № А67-1996/2012). Примечательно, что в этом же судебном акте суд кассационной инстанции фактически постарался придать общим категориям добросовестного и разумного поведения арифметические значения: процентная ставка по договору не превысила среднего размера банковской ставки кредитования на банковском рынке.

Еще одним доводом об изменении экономических условий в Российской Федерации и, соответственно, аргументом в пользу добросовестности и разумности действий банка на практике являлся обзор денежного рынка за определенный период времени (он был подготовлен Департаментом финансовой стабильности Банка России и свидетельствовал об ухудшении ситуации на финансовом рынке Российской Федерации). В частности, данный обзор содержал указание, что снижение курса рубля по отношению к мировым валютам и повышение Банком России ключевой ставки в декабре 2014 года оказали значительное влияние на рублевую стоимость рыночных активов и, как следствие, на объем доступного рыночного обеспечения (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2015 по делу № А40-49605/2015).

Подавляющее большинство судебных актов при наличии условий, которые были указаны выше, приняты в пользу кредитных организаций.

Даже если повышение процентов закреплено в договоре, заемщик может его оспорить как нарушающее баланс интересов сторон

Читать еще:  Потерян ордер на квартиру что делать

Следует отдельно рассмотреть основания для предъявления заемщиком иска об оспаривании одностороннего увеличения банком процентной ставки по кредитному договору.

Существующая положительная практика (пусть и немногочисленная) для заемщиков складывается при наличии следующих условий.

Заемщик оспаривает сам факт наличия в кредитном договоре условия о праве кредитной организации на одностороннее изменение процентной ставки на основании положений ГК РФ о недействительности сделок и просит применить последствия недействительности ничтожной сделки. Подобное условие квалифицируется заемщиком как ничтожное на основании положений ст. 168 ГК РФ в ее прежней редакции.

Следует обратить внимание на постановление Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 по делу № А71-10080/2010, которым были отменены акты судов нижестоящих инстанций, признавшие подобные исковые требования неправомерными. Так, ВАС РФ указал, что размер платы за кредит является существенным условием, подлежащим согласованию сторонами договора, а потому к нему должно быть особое внимание судов при рассмотрении дела.

В ситуации, когда сторонами заключенного кредитного договора являются с одной стороны предприниматель, а с другой – крупный банк, в силу положений статей 1, 10 ГК РФ должна быть исключена возможность кредитной организации совершать действия по наложению на контрагентов неразумных ограничений или по установлению необоснованных условий реализации контрагентами своих прав. При реализации предусмотренного кредитным договором права в одностороннем порядке изменять условия кредитования банк должен действовать в допустимых пределах осуществления гражданских прав и доказать наличие оснований, с которыми по условиям договора связана возможность одностороннего изменения банком размера платы (процентов) за кредит. Право банка на одностороннее изменение процентной ставки по кредиту, закрепленное в договоре, не означает, что заемщик, не согласный с такими изменениями, не может доказать, что одностороннее изменение договорных условий нарушает разумный баланс прав и обязанностей сторон, противоречит устоявшимся деловым обыкновениям либо иным образом нарушает основополагающие частноправовые принципы разумности и добросовестности.

Использованная судом категория «крупности» банка, безусловно, может подвергаться конструктивной критике. Неясно, из каких критериев исходил Президиум ВАС РФ, определяя банк как крупный: число филиалов, экономические показатели или иной критерий. Но принципиальным остается правовая сущность данного постановления: заемщик, даже являясь субъектом предпринимательской деятельности, был лишен возможности проявить свою волю и был вынужден принять условия банка.

При повторном рассмотрении дела суды всех инстанций (вплоть до кассационной) удовлетворили иск заемщика, применив логику постановления Президиума ВАС РФ от 06.03.2012. Ссылка кредитной организации на п. 3 Информационного письма № 147 была судами отвергнута на том основании, что при наличии в кредитном договоре условия об обязанности заемщика в короткий срок возвратить полученную сумму кредита в случае несогласия с увеличением процентной ставки по кредиту, у заемщика отсутствует реальная возможность на выражение своей воли при согласовании в дополнительных соглашениях размера процентной ставки. А это позволяет банку произвольно повышать ставки по кредиту и свидетельствует о кабальности подобных условий.

При введении «карательных» тарифов банк должен доказать изменение уровня инфляции

Второй возможный аргумент заемщика при оспаривании условия кредитного договора о повышении процентной ставки – его кабальность, явно карательный характер. При этом суды в совокупности исследуют фактические обстоятельства дела, включая доводы банка и доказательства реального изменения экономической ситуации в России, инфляционных процессов.

В качестве примера судебного акта, в котором была бы применена подобная логика, следует указать постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2015 по делу № А40-120634/2014. Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя иск контрагента банка, указал следующее: при отсутствии доказательств наличия инфляционных процессов, состояния денежного и финансового рынка, лишь при наличии которых банк мог бы изменять тарифы на представляемые банком услуги в одностороннем порядке, любое изменение в условиях договора должно было быть оформлено сторонами только путем подписания документа в письменном виде обеими сторонами. Ссылка ответчика на принятие банком приказов об утверждении новых тарифов не имеет правового значения при разрешении спора. Введение вопреки условиям договора (то есть при отсутствии доказательств инфляционных процессов, состояния денежного и финансового рынка) в одностороннем порядке карательного (а не стимулирующего) нового тарифа при наличии дебетовых оборотов является незаконным изменением условий договора, нарушающим требования ст. 310 ГК РФ.

Несмотря на то, что судом в принятом постановлении исследовались не кредитные правоотношения, общая логика может быть применена и при оспаривании условий кредитного договора.

Таким образом, подавляющее большинство судебных актов в настоящее время поддерживает позицию кредитных организаций о правомерности одностороннего увеличения процентной ставки по кредиту, если такое право было предусмотрено сторонами в договоре и если наступили указанные в договоре условия для такого увеличения.

Для успешного оспаривания одностороннего повышения процентной ставки по кредиту заемщику необходимо доказывать явный карательный характер такого повышения (сравнение повышенного размера ставки со средним размером банковской ставки на рынке) либо отсутствие согласования сторонами такого повышения. Не лишен заемщик права также ссылаться на невозможность выявления своей воли на стадии заключения договора, поскольку в противном случае договор не был бы заключен.

Безусловно, такие доводы могут носить спекулятивный характер, но, как следует из приведенных актов судебной практики, в основе доводов могут лежать и реальные фактические обстоятельства дела, которые будут учтены судом.

ВС объяснил судам, как следует рассматривать дела по кредитным договорам

Верховный суд выпустил 44-страничный обзор судебной практики по делам, связанным с защитой прав потребителей финансовых услуг. Чтобы привести к единообразию правовые подходы, ВС сообщил, как действовать судам, если банк одновременно заявляет требования к заемщику о взыскании задолженности по кредитному договору и о его расторжении, и какие последствия наступают при признании недействительным условия кредитного договора об уплате комиссионного вознаграждения за обслуживание счета.

Верховный суд отмечает: если банк одновременно заявляет требования к заемщику о взыскании задолженности по кредитному договору и о его расторжении, такие требования надо рассматривать в порядке искового, а не приказного производства. Например, коллегия ВС по гражданским делам не согласилась с нижестоящими инстанциями о том, что требование банка о расторжении кредитного договора является производным и вторичным по отношению ко взысканию задолженности. ВС отметил, что требование о расторжении договора в порядке приказного производства не рассматривается (ст. 122 ГПК). При этом производный характер требования о расторжении договора не имеет правового значения. Следовательно, такие заявления подлежат рассмотрению в порядке искового, а не приказного производства (определение от 11 июля 2017 года № 41-КГ17-12).

Читать еще:  Как правильно оформить дарственную на квартиру

Заемщик не может в одностороннем порядке расторгнуть договор банковского счета, предназначенного для учета его кредиторской задолженности, если открытие такого счета было условием заключения кредитного договора.

Павел Гришко* потребовал, чтобы банк закрыл его банковский счет, открытый для учета кредиторской задолженности, и потребовал установить иной порядок учета кредиторской задолженности путем открытия ссудного счета. Банк отказался и пояснил, что для этого нужно погасить все долги, чего Гришко не сделал. Тот обратился в суд.

Суд удовлетворил его требования, указав, что право истца на расторжение договора банковского счета установлено ГК и законом «О защите прав потребителей», а есть у него долги или нет – неважно.

Читайте подробнее об этом деле:

Гражданская коллегия ВС назвала эти выводы неправомерными. Так, по общему правилу, договор изменяют только стороны по своему согласию. В данном случае открытие счета для учета кредиторской задолженности было одним из условий заключения кредитного договора. Таким образом, Гришко хочет отказаться от своих обязательств, что недопустимо (определение от 7 марта 2017 года № 7-КГ16-6).

Если заемщик написал в заявлении о досрочном возврате одну сумму, а внес другую, меньшую, это еще не основание отказать в зачислении этих сумм.

Лидия Горохова* написала в банке заявление о досрочном погашении задолженности по кредитному договору. При этом незначительную часть денежных средств – 759 руб. из 316 000 руб. – она внесла отдельно, в тот же день и в том же отделении, через другой своей счет. Банк эту часть долга не зачел, поэтому Горохова обратилась в суд. По мнению апелляции, истица не доказала, что внесла 759 руб. с другого счета. Суммы, которую внесла Горохова, не было достаточно для полного погашения кредита, а заявления о частичном погашении она не писала.

Судколлегия по гражданским делам с выводами апелляции не согласилась. Банк не уведомил Горохову, что не зачислил 759 руб. в счет погашения задолженности. ВС отметил, что фактическое внесение в счет досрочного возврата займа денежных средств в незначительно меньшем размере, чем было указано заемщиком в заявлении о досрочном погашении кредита, само по себе не является основанием для отказа в зачислении этих сумм в счет возврата долга. Закон не ограничивает право досрочно возвратить кредит (определение от 30 мая 2017 года № 4-КГ17-20).

О других разъяснениях Обзора читайте:

Если условие кредитного договора о комиссионной оплате за обслуживание счета признано недействительным, потребителю надо возместить убытки по правилам ст. 15 ГК.

Евгений Петров* обратился в суд с иском к банку о применении последствий недействительности ничтожной сделки в части, взыскании комиссии за обслуживание счета, неустойки, штрафа, судебных расходов. Суд удовлетворил требования Петрова, поскольку спорные условия ущемляют права потребителя. В пользу истца, в соответствии с положениями закона «О защите прав потребителей», была взыскана неустойка за просрочку исполнения обязанности по возврату комиссии. Однако, как указала гражданская коллегия ВС, неустойка за это не взыскивается. Возмещаются лишь убытки, наличие и размер которых доказывает потребитель по ст. 15 ГК (определение от 3 ноября 2015 года № 16-КГ15-25).

* имена и фамилии героев изменены редакцией

С полным текстом обзора судебной практики по делам, связанным с защитой прав потребителей финансовых услуг, утвержденным Президиумом ВС 27 сентября 2017 года, можно ознакомиться здесь.

Ход ва-банк

Разъяснения высокой судебной инстанции по конкретному делу могут оказаться полезными для тех граждан, которые обращаются в банк за кредитом или уже его выплачивают.

Все началось с того, что житель Курганской области попросил у банка кредит в 1 миллион 200 тысяч рублей. Банк кредит дал, но сделал это очень хитро. Банкиры из суммы кредита, что называется, «не отходя от кассы», удержали «единовременную комиссию по операциям с использованием ПК в устройствах банка в размере 20 000 рублей и 180 000 рублей — в качестве вознаграждения за сбор, обработку и техническую передачу информации, связанную с распространением на заемщика условий договора страхования».

Проще говоря, вместо миллиона двухсот тысяч заемщик получил на руки миллион, а вот возвращать кредит с очень немалым процентом, ему, судя по договору, надо было с миллиона двухсот.

Точной статистики таких удержаний с кредитов нет. Но подобные действия банка стали почти стандартом в их общении с клиентами-заемщиками.

Однако в нашем случае клиент банка оказался принципиальным. Недовольный гражданин сначала выплатил весь кредит, а потом пошел в суд с иском к банку по поводу неправильных, на его взгляд, удержаний. И победил. Судом взимание платы за перечисленные услуги банка было признано незаконным. И с банка в пользу заемщика были взысканы те самые 200 000 рублей, которые у него отняли.

Но на этом наш герой не успокоился. Гражданин справедливо предположил, что банк начислял ему процент не на миллион, который он в действительности получил, а на миллион двести тысяч. Заемщик написал банкирам вежливое письмо с просьбой о перерасчете суммы долга и выдать ему новый график платежей. Получил отказ. Тогда упорный заемщик попросил суд в новом иске взыскать с банка переплаченные проценты — 332 661 рубль.

А также 5 тысяч рублей в качестве компенсации морального вреда, 2 тысячи — за возмещение судебных расходов и штраф за «неисполнение требований потребителя».

Банк с иском не согласился и попросил суд клиенту отказать по причине пропуска им срока исковой давности.

Но Шадринский районный суд Курганской области встал на сторону гражданина. Хотя несколько уменьшил суммы. Суд взыскал с банка в пользу истца убытки, «понесенные в связи с уплатой процентов» — 116 114 рублей, 500 рублей морального вреда, штраф, за нежелание банка добровольно пойти на встречу клиенту — 58 057 рублей, 2 тысячи возмещения судебных расходов . Всего — 176 672 тысячи рублей, плюс с банка суд взыскал госпошлину. Банк это решение оспорил. Апелляция в лице областного суда изменила решение и снизила размер убытков и штрафа до 71 291 и 35 895 рублей соответственно. Уменьшил облсуд и размер госпошлины.

Читать еще:  Как подать в мировой суд через интернет

Но заемщик на такой компромисс не пошел, а пошел дальше и выше — в Верховный суд РФ.

Там дело изучили и сказали, что областной суд допустил ошибки, вынося свое решение.

В материалах дела Верховный суд увидел следующую картину. Гражданин взял кредит весной 2014 года и должен был его выплачивать до весны нынешнего года. Кредит в 1 200 000 рублей банк дал под 22,9 процента годовых. Ежемесячно заемщик должен был платить 33 755 рублей. Но на руки он получил от банка всего миллион рублей. Оспорил гражданин незаконные удержания в 2015 году, но это решение банк выполнил весной 2016 года. А летом того же года заемщик полностью выплатил кредит и вот тогда пошел в суд, со своими требованиями, что дали ему миллион, а проценты брали как с миллиона двухсот.

Суд первой инстанции исходил из того, что с весны 2014 года по весну 2016 года банк «неправомерно начислял проценты на денежные средства в размере 200 000 рублей, суммы кредита, фактически не предоставленной истцу при заключении договора». Из этого райсуд сделал вывод, что «сумма процентов, исчисленных ответчиком на сумму основного долга в размере 200 000 рублей, оплаченная заемщиком, является убытками истца, понесенными им в связи с ненадлежащим исполнением обязательств ответчиком». По решению райсуда размер переплаченных процентов за два года, пока гражданин гасил кредит, составил 116 114 рублей. Истец с таким подсчетом согласился.

Апелляция же прислушалась к доводам банкиров о том, что заемщик пропустил срок исковой давности. Областной суд привел в качестве своего аргумента решение пленума Верховного суда (№ 43 от 29 сентября 2015 года) . На пленуме говорилось о сроках исковой давности. Вспомнил и обзор судебной практики по делам, связанным со спорами по кредитам. И сказал, что переплаченные проценты надо взыскивать только за трехлетний период, «предшествующий подаче иска». Отсюда новая цифра — переплаченных процентов надо взыскать с банка всего на 71 291 рубль. Да и штраф также уменьшить. С таким расчетом Верховный суд не согласился и объяснил, почему.

Верховный суд начал разъяснения с Гражданского кодекса. Там в статье 15 говорится, что человек, чье право нарушено, может требовать полного возмещения убытков. Под убытками закон понимает «расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрат или повреждение имущества, а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях».

В 196-й статье Гражданского кодекса сказано, что общий срок исковой давности составляет три года. А в 200-й статье того же Кодекса записано, что «течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права».

Применительно к нашему спору, сказал Верховный суд, убытки у заемщика возникли в момент уплаты каждой из сумм в счет погашения долга, поскольку каждая сумма «включала излишне начисленные проценты». Определяя размер переплаченных процентов, подчеркнул высокий суд, райсуд руководствовался представленным ответчиком условным расчетом. Но в этом расчете «отсутствуют помесячные данные о размере излишне уплаченных истцом процентов за кредит, включающий 200 000 рублей». Местный суд не сделал такой расчет. Вывод Верховного суда — решение по этому спору Курганского областного суда «нельзя признать отвечающим требованиям статей 195,198, 329 Гражданского кодекса РФ». Спор будет пересмотрен.

Я получила российский диплом о пропереподготовке. С квалификацией учитель информатики прошла курс 540 часов.

Я получила российский диплом о пропереподготовке. С квалификацией учитель информатики прошла курс 540 часов. Работаю в Казахстане в школе учителем худ труда. Могу ли я преподавать информатику предъявив диплом. И куда мне нужно сначало обратиться.

Похожие вопросы

Я учитель труда диплом российский могу ли я работать по профессии в Казахстане?

Признается ли диплом профессиональной переподготовки РФ в Казахстане, если образовательная организация имеет лицензию, но не прошедшая аккредитацию?

Смогу ли работать учителем географии с удостоверением переподготовки учителя географии ранее имеется стаж и диплом учителя труда.

По статье 20 соглашения О сотрудничестве в области культуры, науки и образования» между Казахстаном и Россией, в которой говорится, что «Стороны признают эквивалентными уже выданные документы об образовании, квалификационные аттестаты и дипломы и, учитывая осуществляемые реформы в сфере образования, разработают положения по взаимному признанию новых документов.» Можно ли, опираясь на эту статью, утверждать, что в России действительна высшая категория учителям переехавшим из Казахстана.

Согласно, Закону РК «Об образовании» №319-III от 27.07.2007 года, ст. 51, пункта 1 – «к занятию педагогической деятельностью допускаются лица, имеющие специальное педагогическое или профессиональное образование по соответствующим профилям». Я имею диплом Государственного университета им. Шакарима по специальности «Русский язык и литература в школах с нерусским языком обучения» и мне присуждена квалификация учителя русского языка и литературы в нерусских школах обучения. В 2014 году мне присвоена І квалификационная категория учителя русского языка и литературы в нерусских школах.

З.Г.Нурекенов 1993 году окончил Семипалатинский педагогический институт имени М.К.Крупской по специальности русский язык и литература, квалификация учитель русского языка и литературы.

Имеет ли З.Г.Нурекенов преподавать русский язык в школе с казахским языком обучения?

Имеет ли право директор школы распределять нагрузки себе и завучам по 5-6 часов сверху, ставки директора и завуча, если в школе учителям по соответствующей специальности не хватает часов, у них по 9 и 5 часов.

У меня высшее образование. Диплом по специальности инженер программист. Я могу работать учителем информатики в школе?

Может ли учитель, у которого в липломе специальность «учитель математики и информатики» преподавать в школе кроме математики еще и физику на полставки?

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector