Lb66.ru

Экономика и финансы
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Необоснованная налоговая выгода понятие признаки последствия получения

Искусственное дробление бизнеса или обоснованная реструктуризация организации?

Управляющий партнер Consul Group

специально для ГАРАНТ.РУ

Дробление бизнеса – тема не новая, так как огромное количество организационных структур используют любую возможность минимизации налоговых отчислений, иногда прибегая к созданию схем, не имеющих ничего общего с реальностью. Кто-то действует более изощренно, но все же недостаточно, чтобы быть незамеченным: с расширением практики пресечения случаев получения налогоплательщиками необоснованной налоговой выгоды налоговыми органами наработан бесценный опыт формирования доказательственной базы по направлениям определения действительной деловой цели тех или иных бизнес-решений. Именно вопрос направленности действий налогоплательщика при создании разрозненной корпоративной структуры становится ключевым в делах об искусственном дроблении бизнеса. И в случае если, отвечая на этот вопрос при анализе конкретного примера, налоговый орган приходит к выводу о том, что такая схема избрана лишь в целях снижения объема обязательств перед бюджетом, действия налогоплательщика квалифицируются как недобросовестные.

В 2019 году, по мнению многих, ФНС России, настроив работу по выявлению разрывов по НДС, переключила внимание на выявление потенциальных нарушений при применении способов «оптимизации налогов» за счет предусмотренных законом специальных режимов налогообложения. Самыми популярными выступают ЕНВД и УСН, которые нередко применялись в результате искусственного дробления бизнеса. Так это или нет, мы сможем объективно оценить не раньше 2020 года. Сейчас же мы можем только подводить итоги – какие сценарии выявляет ФНС России, а также анализировать действия налогоплательщиков, которые суд не признал действиями по искусственному дроблению бизнеса для целей минимизации налоговых отчислений.

Для повышения эффективности работы инспекторов налоговая служба обобщает и систематизирует подходы по выявлению формального дробления бизнеса, основанные на судебной практике. Так, например, в письме ФНС России от 11 августа 2017 г. № СА-4-7/15895@ выделены 17 ключевых признаков, которые помогают инспекторам обнаружить формальное деление бизнеса. Между тем этот перечень критериев не является исчерпывающим. Не будем акцентировать внимание на этих давно известных примерах, а обратимся к новым факторам, сформированным в результате развития проблемы искусственного дробления бизнеса в судебной практике, которые могут свидетельствовать о высоком налоговом риске при формальном дроблении бизнеса. К их числу можно отнести выявленную налоговым органом совокупность следующих обстоятельств:

  • дробление одного бизнеса (производственного процесса) происходит между несколькими лицами, применяющими специальные режимы налогообложения, в рамках которых специальный режим освобождает от исчисления и уплаты НДС, налога на прибыль организаций и налога на имущество организаций основным участником, осуществляющим реальную деятельность;
  • применение схемы дробления бизнеса оказало влияние на условия и экономические результаты деятельности всех участников группы, в том числе на их налоговые обязательства, которые уменьшились или практически не изменились при расширении совместной хозяйственной деятельности;
  • налогоплательщик, его участники, должностные лица или лица, осуществляющие фактическое управление деятельностью схемы, являются выгодоприобретателями от использования схемы дробления бизнеса;
  • участники схемы осуществляют аналогичный вид экономической деятельности;
  • создание участниками схемы в течение небольшого промежутка времени непосредственно перед расширением производственных мощностей и/или увеличением численности персонала;
  • несение расходов участниками группы друг за друга;
  • прямая или косвенная взаимозависимость (аффилированность) участников схемы дробления бизнеса (родственные отношения, участие в органах управления, служебная подконтрольность и т. п.);
  • формальное перераспределение между участниками схемы персонала без изменения их должностных обязанностей;
  • отсутствие у подконтрольных лиц, принадлежащих им основных и оборотных средств, кадровых ресурсов;
  • использование участниками схемы одних и тех же вывесок, обозначений, контактов, сайта в Интернете, адресов фактического местонахождения, помещений (офисов, складских и производственных баз и т. п.), банков, в которых открываются и обслуживаются расчетные счета, контрольно-кассовой техники, терминалов и т. п.;
  • единственным поставщиком или покупателем для одного участника схемы дробления бизнеса может являться другой ее участник, либо поставщики и покупатели у всех участников схемы являются общими;
  • фактическое управление деятельностью участников схемы одними лицами;
  • единые для участников схемы службы, осуществляющие: ведение бухгалтерского учета, кадрового делопроизводства, подбор персонала, поиск и работу с поставщиками и покупателями, юридическое сопровождение, логистику и т.д.;
  • представление интересов по взаимоотношениям с государственными органами и иными контрагентами (не входящими в схему дробления бизнеса) осуществляется одними и теми же лицами;
  • показатели деятельности, такие как численность персонала, занимаемая площадь и размер получаемого дохода, близки к предельным значениям, ограничивающим право на применение специальной системы налогообложения;
  • данные бухгалтерского учета налогоплательщика с учетом вновь созданных организаций могут указывать на снижение рентабельности производства и прибыли;
  • распределение между участниками схемы поставщиков и покупателей, исходя из применяемой ими системы налогообложения.

Конституционный Суд Российской Федерации отмечал, что Налоговый кодекс допускает возможность выбрать тот или иной метод учетной политики (применение налоговых льгот или отказ от них, применение специальных режимов и т. п.), однако учетная политика не должна использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями (Определение Конституционного Суда РФ от 4 июля 2017 г. № 1440-О). Данный посыл призван дополнительно акцентировать внимание на важности принципа деловой цели: если то или иное бизнес-решение не направлено на достижение самостоятельной бизнес-цели, а принимается лишь для снижения объема налогов, то такое решение признается неправомерным.

Перед тем как рассмотреть некоторые судебные дела по дроблению бизнеса, хотелось бы отметить одну позитивную новость. Окончательно сформировалась практика расчета суммы НДС. Так, ранее налоговый орган при выявлении факта неуплаты НДС в бюджет расчет суммы недоимки нередко производил путем расчета НДС дополнительно к доходам, отказывая в признании факта включения величины НДС в цену сделки, что приводило к увеличению суммы недоимки. Однако Верховный Суд Российской Федерации в своем Определении от 30 сентября 2019 г. № 307-ЭС19-8085 по делу № А05-13684/2017 высказал следующую позицию: «Выводы суда о правомерности определения налоговой базы по НДС с применением ставки 18% в дополнение к доходам предпринимателя от реализации, вместо выделения налога из полученной выручки с применением расчетной ставки 18/118, и правильности определения размера недоимки по НДС в оспариваемом решении инспекции не могут быть признаны обоснованными».

Одной из основных ошибок налогоплательщиков при построении структуры через дробление бизнеса является «взаимозависимость налогоплательщиков». Стоит отметить, что взаимозависимость налогоплательщиков сама по себе не является доказательством получения необоснованной налоговой выгоды. Однако если будет установлено, что такая взаимозависимость используется участниками сделки для осуществления согласованных действий, не обусловленных разумными экономическими и иными объективными причинами, имеет признаки не самостоятельного ведения предпринимательской деятельности, осуществление одним из участников «схемы» формальной экономической деятельности исключительно в целях обеспечить занижения доходов и получения необоснованной налоговой выгоды, то налоговый орган будет оценивать поведение и действия группы налогоплательщиков как единой бизнес-структуры. В таком случае вероятность наступления неблагоприятных для налогоплательщика соответствующих правовых и экономических последствий, включающих в себя отказ в применении льгот и преференций, предусмотренных специальными налоговыми режимами, крайне высока.

Так, в одном деле ИП против межрайонной инспекции ФНС России (дело № А05-13684/2017) налоговым органом было установлено занижение налогоплательщиком налоговой базы путем искусственного включения в цепочку хозяйственных операций и создания фиктивного документооборота с формально обособленными, но фактически подконтрольными ей хозяйствующими субъектами. Указанные действия, по мнению инспекции, были направлены исключительно на перевод части своих доходов (выручки) третьим лицам путем формальной передачи автозаправочной станции в аренду во избежание превышения предельного размера доходов, установленного для применения УСН.

В результате объединения доходов от деятельности группы аффилированных лиц (трех ИП) налоговым органом установлено превышение предельного размера доходов, допускаемого п. 4 ст. 346.13 НК РФ, уже в III квартале 2013 года, что привело к утрате предпринимателем с 1 июля 2013 г. права на применение УСН.

По результатам рассмотрения спора судом установлено, что фактически деятельность предпринимателя и его взаимозависимых лиц является деятельностью единого хозяйствующего субъекта, общий доход от которой превысил предельно допустимый размер для применения УСН, в связи с чем налогоплательщику было доначислено 4 591 762,93 руб. по НДС, 1 031 152 руб. по НДФЛ, а также 1 150 596,59 руб. пени и 642 174,40 руб. штрафа.

В другом примере (дело № А53-16343/2018) налогоплательщику удалось отстоять свою позицию и доказать экономическую обоснованность использовавшейся корпоративной структуры бизнес-модели в суде. Предметом спора стало решение о доначислении ООО 33 млн руб., в основу которого были положены выводы проверяющих о том, что директор ООО (отец) и ИП (дочь) являются аффилированными лицами, которые, распределяя расходы от реализации товаров, создали схему, прикрывающую фактическую деятельность одного субъекта – самого общества. В подтверждение заявленных доводов инспекция указывала на такие признаки формального дробления, как единые IP-адрес, бухгалтерская служба, контактный номер телефона; общие производственные ресурсы.

Суд не согласился с доводами налогового органа, указав на то, что общество и ИП занимались разными по характеру видами деятельности: общество – производством и оптовой поставкой мебели, а предприниматель – ее розничной продажей. При этом объемы поставки мебели обществом предпринимателю были подтверждены документально, а факты завышения цены продукции, которые могли бы указывать на недобросовестное поведение или намерение размыть налоговую базу, не нашли своего подтверждения в рамках проведенной проверки. При этом суд акцентировал внимание на том, что сам по себе факт открытия указанными лицами расчетных счетов в одном банке, родственные связи и применение ИП специального налогового режима (ЕНВД) не являются достаточными основаниями для признания операций между обществом и предпринимателем попыткой ухода от налогов.

Анализ судебной правоприменительной практики в 2019 году в целом свидетельствует о повышении внимания судов к деталям, характеризующим аспекты реальной экономической деятельности налогоплательщика, особенностям выстроенных бизнес-процессов. При этом оцениваются не только обстоятельства и условия, при которых сложилась та или иная корпоративная структура непосредственно у налогоплательщика, но и обычаи делового оборота, тенденции, складывающиеся в отрасли. Такой внимательный и детальный подход зачастую обеспечивает отмежевание процессов, построенных недобросовестными налогоплательщиками с единственной целью уклонения от уплаты налогов, от бизнес-структур, объективно требующих диверсификации направлений и их обособления. Однако нельзя не отметить, что такой подход, устанавливающий для налогоплательщика искусственные ограничения в вопросах выбора режима налогообложения из предоставленных законодателем вариантов, существенно сужает свободу действий налогоплательщика. Ввиду отсутствия прямых предписаний и запретов, закрепленных в нормативных правовых актах, с одной стороны, предоставляет неограниченную свободу усмотрения для органов государственной власти, а с другой стороны – исключает возможность защиты во внесудебном порядке в отсутствие установленных законом четко определенных, конкретных запретов и ограничений. Оценивать позитивно такой пробел в законодательстве, восполняемый пока исключительно на практике, сложно. Но в сложившихся условиях многочисленных злоупотреблений налогоплательщиками предоставленными им правами в массовом порядке, возможно, это единственный способ заставить бизнес-сообщество соблюдать правила игры. А достижение глобальной цели без локальных жертв дается не всегда. «Лес рубят – щепки летят».

Верховный суд разъяснил условия «налоговой реконструкции»

Новая логистика и налоговая выгода

Челябинское ООО «Фирма «Мэри» занималась производством хлебобулочных изделий, а до 2013 года собственными силами доставляло их до магазинов. В фирме был собственный отдел логистики, штат водителей и 45 грузовых автомобилей. Но начиная с 2014 года общество заключило ряд договоров на перевозку продукции с компаниями «Логистика и коммерция», «Флагман Бизнеса», «Национальная поставка», по которым заплатило контрагентам 283 млн руб.

Читать еще:  Как расторгнуть брак

Налоговая служба проверила деятельность за 2014-2016 годы и решила, что договоры были фиктивными, а контрагенты – «техническими». «Мэри» продолжала развозить продукты своими силами, решили в ИФНС по Центральному району Челябинска – фактически услуги оказывали водители, нанятые обществом и формально заключившие договор аренды грузовиков с другими организациями, подконтрольными налогоплательщику. А из 283 млн руб., заплаченных фиктивным контрагентам, большая часть по сложной цепочке с векселями вернулась к учредителю «Фирмы «Мэри». С таким обоснованием компании доначислили в числе прочего 48 млн руб. налога на прибыль.

Две инстанции согласились с позицией ИФНС и признали, что действия общества были направлены на получение необоснованной налоговой выгоды. Суды признали законными штрафы и доначисления налогов «Фирме «Мэри» (дело № А76-46624/2019).

Арбитражный суд Уральского округа решения пересмотрел. Суд кассационной инстанции указал на то, что сам по себе факт получения необоснованной налоговой выгоды не может служить основанием смены порядка определения недоимки и взимания налога в большем размере. Окружной суд счел, что операции по доставке грузов были реальными, поэтому налогоплательщик имел право учесть их для целей исчисления налога на прибыль расчетным методом.

ВС: важна форма вины

В мае дело рассмотрела коллегия ВС по экономическим спорам, которая не согласилась с выводами окружного суда и объяснила причины в подробном определении.

Последствия налогового нарушения должны определяться с учетом роли налогоплательщика в этом нарушении. Расчетный способ должен быть доступен тем налогоплательщикам, которые участвовали в схеме, но не подтвердили операции документально. Такое чаще всего случается, если компания не участвовала в схеме по уходу от налогов и не получала выгоду сама, но неправильно подошла к выбору контрагента и не проявила должной осмотрительности.

Но если снижение налогов было целью налогоплательщика и он сам выстроил схему с участием «технических» компаний, то расчетный способ для него не применяется. Ведь это по сути уравняло бы налоговые последствия для компаний, «чье поведение и положение со всей очевидностью не является одинаковым». Поэтому форма вины имеет значение, решил Верховный суд.

Право на вычет фактически понесенных расходов при исчислении налога на прибыль доступно и тем компаниям, которые помогали сократить потери казны и раскрыли сведения и документы, позволяющие установить фактического исполнителя по договору, обложить его налогом и таким образом вывести операции из «теневого» оборота.

Но «Фирма «Мэри» сама организовала схему по уходу от налогов и не помогла разобраться в реальности проведенных сделок ни в ходе проверки, ни в ходе дальнейшего судебного разбирательства. Налогоплательщик не раскрыл, какая часть из потраченных на водителей денег имела отношение к оплате перевозок, а не к обналичиванию средств.

ВС не стал направлять дело на новое рассмотрение, а вместо этого отменил решение АС Уральского округа в части налога на прибыль. Позиция налоговиков и первых двух инстанций о том, что «Фирма «Мэри» не может учесть расходы при исчислении налога на прибыль, признана законной.

Мнения экспертов

В марте 2021 года Федеральная налоговая служба выпустила долгожданное письмо с разъяснениями правил ст. 54.1 Налогового кодекса о получении необоснованной налоговой выгоды («Реконструкция и добросовестность: ФНС разъяснила статью 54.1 НК»). В этом письме были раскрыты и правила «налоговой реконструкции», и ВС своим определением развивает «достаточно жесткий» подход налоговиков, комментирует Екатерина Болдинова, партнер Five Stones Consulting Five Stones Consulting Федеральный рейтинг. группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Управление частным капиталом Профайл компании × . «Определение ВС достаточно значимое и совсем не утешительное для хозяйствующих субъектов», – предупреждает руководитель налоговой и административной практики ЮФ Варшавский и партнеры Варшавский и партнеры Федеральный рейтинг. × Владлена Варшавская.

Раньше ключевым фактором в вопросе применения ст. 54.1 НК всегда являлся вопрос реальности сделки, отмечает руководитель практики «Налоговые споры» компании Лемчик, Крупский и Партнеры Лемчик, Крупский и Партнеры Федеральный рейтинг. группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры — mid market) группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) группа Банкротство (включая споры) группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Трудовое и миграционное право (включая споры) 9 место По количеству юристов 16 место По выручке 20 место По выручке на юриста (более 30 юристов) Профайл компании × Юрий Счастливый. Но в деле «Фирмы «Мэри» Верховный суд закрыл глаза на то, что компания реально понесла расходы, отмечает эксперт.

Мы наблюдаем применение формального подхода. Налогоплательщики, которые умышленно нанесли ущерб казне, обязаны в полной мере исключить все полученные от спорных операций вычеты и расходы независимо от реальности отношений, если только не признают свою вину и не раскроют параметры операций.

По мнению Варшавской, определение ВС создает неопределенность в применении п. 7 ст. 31 Налогового кодекса о применении расчетного способа уплаты налогов. ВС прямо указывает на то, что налогоплательщик, который рассчитывает на налоговую реконструкцию, должен раскрыть полную и достоверную информацию по сделке, более того, самостоятельно предоставить расчеты и доказательства. «Но какая именно информация устроит чиновников? Что значит полная информация по сделке? Каковы критерии по формату и полноте информации, необходимые для налоговой реконструкции, и когда они будут приняты? Список вопросов открытый. Правила игры снова неизвестны», – отмечает эксперт.

По мнению юриста, при таком подходе налоговый орган «в 99% случаев может указать, что информация раскрыта недостаточно или недостоверно, а доказательств для применения налоговой реконструкции не хватает».

Мы вновь вступаем в реку под названием «оценочные понятия». И снова оценивать нас будет орган, который не заинтересован в соблюдении прав налогоплательщика. Снова суды будут завалены налоговыми спорами, но теперь уже о том, раскрыл ли налогоплательщик информацию по сделке и может ли рассчитывать на применение расчетного метода.

Налогоплательщикам, которые столкнулись с обвинениями в отношениях с техническими компаниями и рассчитывают на применение «реконструкции» по налогу на прибыль, теперь нужно сосредоточиться на доказывании не только рыночного уровня понесенных расходов, но и на том, что они достоверно не знали о «проблемности» поставщика, отметил Алексей Артюх, партнер TAXOLOGY TAXOLOGY Федеральный рейтинг. группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) × . «Учитывая частичное совпадение признаков технического характера контрагента и критериев должной осмотрительности в том же письме ФНС, доказать незнание не всегда будет просто», – предупреждает эксперт.

Добросовестным налогоплательщикам нужно занимать активную позицию во время проведения выездной налоговой проверки, чтобы доказать в первую очередь отсутствие умысла в их действиях, соглашается Счастливый. «Верховный суд явно дал понять, что порядок и размер налоговой выгоды, которая может быть признана необоснованной, зависит от формы вины налогоплательщика», – отмечает он.

Необоснованная налоговая выгода понятие признаки последствия получения

  • Главная
  • Авторам
    • Требования к рукописи
    • Требования к монографии
    • Образцы оформления библиографического списка
    • Издательский договор
    • Анкета автора
  • Оптовикам
    • Скидки
    • Условия доставки
    • Скачать прайс-лист
  • Библиотекам
  • Купить книгу
    • Об электронных версиях
  • Контакты
    • Схема проезда

Суббота, 4 сентября 2021 г.

книг в корзине: 0 ед.
на сумму: 0 руб.

Васильева Е.Г.

Монография представляет собой комплексное теоретико-правовое исследование налоговой выгоды как оценочного понятия, правовой категории в науке налогового права. В работе выделены и исследованы основные системообразующие связи налоговой выгоды с правовыми презумпциями невиновности, «добросовестности налогоплательщика» и «презумпцией рыночности цен». В книге сделана попытка всесторонне исследовать неоднозначную правовую природу налоговой выгоды. В работе сформулирована авторская дефиниция налоговой выгоды; определен элементный состав, признаки и критерии налоговой выгоды; выявлены самостоятельные обстоятельства, указывающие на получение необоснованной налоговой выгоды. В книге выделены и исследованы такие категории, как «экономическая выгода», «материальная выгода», «экономическая неоправданность затрат» в налоговом законодательстве; оценочные категории «экономическая обоснованность», «должная осмотрительность», «осторожность» при выборе контрагента, «злоупотребление правом» применительно к деятельности налогоплательщиков, получивших налоговую выгоду. Монография рассчитана на научных сотрудников, преподавателей, практикующих юристов, студентов, магистрантов, аспирантов юридических вузов и факультетов, работников правоохранительных органов и судебной системы.

ISBN 978-5-4396-0884-3

Год издания 2015

Объем 176 стр.

Введение

Глава I. НАЛОГОВАЯ ВЫГОДА: ПОНЯТИЕ, ПРИЗНАКИ, КРИТЕРИИ, ОСНОВАНИЯ КЛАССИФИКАЦИИ, ПОСЛЕДСТВИЯ ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯ

§ 1. Оценочная категория «налоговая выгода» в налоговом праве, правовая природа, признаки, критерии, судебная доктрина обоснованной налоговой выгоды

§ 2. Экономическая выгода, материальная выгода, экономическая неоправданность затрат в налоговом законодательстве; оценочные категории «экономическая обоснованность», «должная осмотрительность», «осторожность» при выборе контрагента, «злоупотребление правом», применительно к деятельности налогоплательщиков, получивших налоговую выгоду

§ 3. Обоснованная налоговая выгода, основания для ее признания

§ 4. Необоснованная налоговая выгода: признаки; обстоятельства (в том числе самостоятельные), указывающие на ее получение; доктрина деловой цели; ее правовые последствия

Глава II. ПРЕЗУМПЦИИ КАК СРЕДСТВА ПРАВОВОЙ ОХРАНЫ ИНТЕРЕСОВ УЧАСТНИКОВ НАЛОГОВЫХ ПРАВООТНОШЕНИЙ: ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА, СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ С СУДЕБНОЙ ДОКТРИНОЙ НАЛОГОВОЙ ВЫГОДЫ, ИХ РОЛЬ В ЮРИДИЧЕСКОЙ НАУКЕ И ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНОЙ ПРАКТИКЕ

§ 1. Общая теория правовых презумпций

§ 2. Презумпция невиновности налогоплательщика как проявление общей презумпции добросовестности налогоплательщика, ее роль в юридической науке

§ 3. Презумпция добросовестности налогоплательщика как результат судебного правотворчества

§ 4. Трансформация концепции «недобросовестность налогоплательщика» в российском налоговом праве и переход от конституционного принципа презумпции невиновности к презумпции добросовестности налогоплательщика и судебной доктрине «налоговой выгоды»

§ 5. Сравнительный анализ и взаимосвязь презумпции невиновности, добросовестности налогоплательщика с судебной доктриной «налоговой выгоды»

§ 6. Контроль соответствия определения рыночных цен между взаимозависимыми лицами (трансфертное ценообразование) и оценка обоснованности получения налоговой выгоды

Необоснованная выгода

Необоснованная выгода — опасная штука. Вам кажется, что вы заплатили налоги по-честному, а от налоговой вдруг приходит требование доплатить еще. Это бывает по разным причинам, одна из них — работа с однодневками. Был пример, когда у компании потребовали доплатить 3 млн рублей по НДС.

В законе по этому поводу всё туманно, но мы разобрались и делимся с вами. Сегодня рассказываем о рисках необоснованной выгоды из-за однодневок, а в другой раз — из-за взаимосвязанных компаний. Поехали!

Что такое налоговая выгода

Налоговая выгода — это уменьшение налогов:

  • компания работает на общей системе налогообложения и получает вычет по НДС;
  • компания работает на упрощенке «доходы минус расходы»;
  • ИП в Тульской области, которые занимаются ремонтом обуви, до 2021 года не платят налог по упрощенке. Налоговые каникулы для других регионов смотрите на сайте Минфина.

Налоговая делит налоговую выгоду на обоснованную и необоснованную. Обоснованная — законна, а необоснованная — нет. Как законно уменьшить налоги, прописано в Налоговом кодексе.

Налоговая подозревает в получении необоснованной налоговой выгоды фирмы-однодневки и тех, кто с ними работает. Ей кажется, что компании заключили фиктивную сделку, чтобы заплатить меньше налогов. Фиктивная сделка означает, что по бумагам сделка была, а не деле — нет.

Компания «Бюро по разработке сайтов» покупает для своих сотрудников компьютеры. По договору они в два раза дороже, чем продают другие поставщики. Компания уменьшает доход на стоимость компьютеров и платит меньше налогов.

Налоговая может заинтересоваться, почему компания купила такие дорогие компьютеры. То ли просто хотела купить помощнее, то ли договорилась с поставщиком написать в бумагах цену побольше, чтобы уменьшить налоги. Вот это уже необоснованная выгода.

Читать еще:  Алименты на усыновленного ребенка

163 ФЗ с поправками в Налоговый кодекс по необоснованной налоговой выгоде — на сайте «Гаранта»

Новый закон 163 ФЗ внес поправки в Налоговый кодекс РФ по необоснованной выгоде. Четкого определения понятия необоснованной выгоды в нем нет, зато есть признаки обоснованной:

  • целью сделки не было только уменьшить налоги;
  • сделку от партнера — клиента или поставщика — провел человек, у которого есть на это право.

Грубо говоря, документы подписал директор, который действует по уставу, или сотрудник, у которого есть доверенность на подпись. Если налоговая докажет необоснованную выгоду, она попросит доплатить налоги и штраф сверху. Штраф зависит от того, случайно компания недоплатила, или умышленно:

  • 20% от суммы налогов — если не доплатила по ошибке. Например, бухгалтер сделал ошибку в расчетах, поэтому компания заплатила меньше налогов;
  • 40% от суммы налогов — если недоплатила умышленно. «Бюро по разработке сайтов» из примера получит 40% штрафа, если налоговая докажет умышленную необоснованную выгоду.

Если компания недоплатила 100 000 рублей по ошибке, заплатит штраф 20 000 рублей. Всё вместе — 120 000 рублей. А если недоплатила умышленно — 140 000 рублей.

Работа с однодневками

Первыми под подозрение налоговой попадают однодневки, потому что их цель — получить деньги, быстро их вывести и не заплатить налоги. Еще они участвуют в посреднических схемах: оформляют договоры, будто что-то покупают или продают, а на деле просто выводят деньги других компаний и получают свой процент.

Но даже если компания давно на рынке и платит все налоги, она тоже может попасть под проверку.

«Бюро по разработке сайтов» работает честно, от налогов не уходит. Она купила компьютеры для своих сотрудников. Через год оказалось, что продавец компьютеров — однодневка, обналичивал деньги и не платил налоги. Возможно, во времена сделки с «Бюро» всё было в порядке, а потом новый директор стал жестко обналичивать. Это неважно, для налоговой продавец — обнальщик.

Налоговая проверяет всех, с кем продавец заключал сделки, доказывает необоснованную выгоду и требует доплатить налоги. Бюро платит налоги и штраф.

Иногда однодневки выглядят обычными фирмами, заключают договоры, подписывают акты. О них не подумаешь ничего плохого. Компании, которые работают с ними, уверены в честности, а потом тоже попадают под подозрение налоговой.

По каким признакам подозревает налоговая

У налоговой есть признаки однодневок. Раньше она видела один и начинала проверку, а теперь так нельзя. Вот список признаков, которые еще не значат, что компания — однодневка:

  • первичные документы подписывают лица, у которых нет на это полномочий. Например, счет-фактуру подписал не главбух, а кто-то другой;
  • продавец или клиент нарушает законы о налогах и сборах. Например, он получил штраф или недоплатил налоги;
  • компания могла получить такой же экономический результат с другим партнером. То есть компания могла подписать договор с другим продавцом или клиентом, но заключила с этим.

Новый 163 ФЗ говорит, что налоговая не может признать сделку ненастоящей, а выгоду необоснованной только по одному из этих признаков. Раньше, если на счетах-фактурах была подпись неизвестного сотрудника, налоговая сразу считала это подозрительным и устраивала проверку. По новому закону налоговая не может придираться к компании только из-за одной ошибки.

Судебная практика: в 2015 году налоговая потребовала у компании «Центррегионуголь» доплатить почти 4 млн налога на прибыль, 3,6 млн по НДС и еще 1,4 млн штрафов. Дескать, компания получила необоснованную налоговую выгоду. Она покупала уголь у продавца, у которого не было складов, станков и даже транспорта. Везти поставщику уголь не на чем, значит сделка фиктивная. Налоговая провела экспертизу и оказалось, что подпись директора продавца на счетах-фактурах была фальшивой.

Верховный суд отменил решение налоговой. Компания смогла доказать, что тщательно выбирала партнера, по рекомендации. У партнера нет транспорта для перевозки, уголь привозили поездами. Суд опроверг экспертизу почерка и сказал, что она была проведена неверно.

Центррегионуглю повезло выиграть суд, но это не значит, что такое же решение примут по другим дела. В законе нет четкого определения, что такое должная осмотрительность и как ее проявлять. Есть отсылки в решениях суда, письмах Минфина и налоговой. Вот с ними и будем разбираться.

Признаки необоснованной выгоды

Формулировка из нового закона «целью сделки не было уменьшить налоги» — размытая. Поэтому налоговая дала разъяснения в письме «О выявлении обстоятельств необоснованной налоговой выгоды». В письме налоговая говорит, как будет доказывать необоснованную выгоду и по каким признакам проверять сделки компаний. Вот какие признаки ее насторожат:

  • между компаниями не было личных контактов. Договор подписали, но не было встреч, общения по телефону и переписки по почте;
  • документы подписывал сотрудник, у которого не было на это полномочий, или сотрудник с просроченной доверенностью;
  • нет офисов, складов и торговых помещений;
  • неизвестно, как компания нашла продавца: сайта и рекламы у него нет;
  • нет информации, что компания выбирала из нескольких поставщиков и сравнивала их условия. Нашла первого и сразу стала работать с ним;
  • компания не запросила информацию о регистрации поставщика или клиента в ЕГРЮЛ или ЕГРИП и лицензиях;
  • сделка была только по бумагам. По бумагам компьютеры купили, деньги заплатили, но на рабочих местах их нет.

Чтобы доказать необоснованную выгоду, налоговая должна подтвердить, что компания и ее партнер специально сговорились уменьшить налоги. Она считает, что если сговора нет, компания будет тщательно проверять партнера, соберет на него досье, а при проверке покажет его. Это и называется должной осмотрительностью.

Дополнительные признаки

Чтобы определить однодневку, налоговая смотрит еще на такие признаки:

  • первичные документы оформлены с нарушениями;
  • регистрация по массовому адресу;
  • нет собственных торговых площадей, недвижимости, транспорта, сотрудников;
  • компания платит меньше налогов, чем в среднем по отрасли;
  • работает в убыток два года и больше;
  • вычет по НДС равен или превышает 89% от всей суммы налога за год;
  • расходы растут сильнее доходов;
  • зарплата сотрудникам ниже, чем в среднем по отрасли в регионе;
  • компания почти нарушила требования спецрежимов налогообложения. У спецрежимом есть показатели, к примеру оборот. Компании оставалось до максимального оборота меньше 5% и так два раза за год и больше. Например, компания за квартал заработала 149 990 000 рублей, а предел для упрощенной системы налогообложения — 150 млн рублей;
  • компания работает с перекупщиками и создает цепи посредников;
  • не объясняет налоговой ошибки в учете и ссылается на потерю документов;
  • дважды меняла адрес;
  • заключает договоры с отсрочками платежа, получает большие поставки товаров без предоплаты, платит векселями, вступает в рискованные сделки. Например, руководитель компании поставщика не встречается для переговоров с компанией-покупателей и нет переписки по почте;
  • рентабельность отклоняется от средней по отрасли;
  • директор компании одновременно учредитель или директор в еще нескольких компаниях. Если больше пяти, то подозрительно.

По этим признакам налоговая принимает решение о проверках компаний. Налоговая смотрит не на один признак, а на все сразу. Чем больше нестыковок и ошибок она найдет, тем больше шанс, что она начнет проверку.

Например, компания сменила юридический адрес и налоговую. Само по себе это ни о чем не говорит. Может она переехала в более комфортный офис на другом конце Москвы. А вот вместе с другими признаками — это подозрительно.

Как проверять партнеров

Чтобы не получить штраф за необоснованную выгоду, ваша задача — проверять всех, с кем заключаете сделки.

Налоговая рассказала всё — статья на Деле об открытых данных компаний

Налоговая пыталась помочь в проверке и запустила сервис «Прозрачный бизнес». Она выложила в открытый доступ данные о налогах и задолженностях компаний, доходах и расходах. Сервис проработал несколько дней, а потом налоговая его остановила и обещает запустить в следующем году со свежими данными.

Принцип проверки — собрать как можно больше информации о партнере и сохранить ее. Распечатывайте документы и складывайте в папку. Может, налоговая и не будет ничего проверять, неважно. Если будет, вы дадите папку с доказательствами. Идите по нашему списку. Мы написали, что проверить, и дали ссылки на нужные сервисы для проверки.

  • Компания зарегистрированав ЕГРЮЛ или ЕГРИП.
  • Документы подписывает генеральный директор компании или сотрудник, у которого есть действующая доверенность. Запросите у компании копию устава, это открытый документ. По нему посмотрите, кто директор и учредители компании. Если этих данных нет в уставе, запросите протокол собрания учредителей об избрании директора и реестр собственников компании. Генеральный директор действует по уставу, у остальных сотрудников, которые подписывают документы, должна быть действующая доверенность.

Все документы, которые проверяете, распечатывайте и храните. Пусть на каждую компанию у вас будет досье — так спокойнее.

Если налоговая заподозрит фиктивную сделку, вы покажете ей документы и так докажете, что проверяли своего партнера. Конечно, он мог внезапно стать мошенником или почувствовать вкус легких денег, но вы уже будете за это не в ответе.

Короче
Что важно

проверять каждого партнера;

собирать документы о проверке, чтобы в случае чего показать налоговой.

Что проверить

регистрация в налоговой;

нет задолженности по налогам;

устав и лицензии;

от суммы неуплаченных налогов — штраф для компаний, которые умышленно недоплатили налоги

Оптимизируй это: что дали и отняли поправки в НК РФ о налоговой выгоде

В конце прошлой недели вступили в силу поправки в Налоговый кодекс (НК), дополняющие его новой статьей 54.1 «Пределы осуществления прав по исчислению налоговой базы и (или) суммы налога, сбора, страховых взносов», которые устанавливают пределы прав налогоплательщиков на оптимизацию налогов. По сути поправки определяют, что считать обоснованной и необоснованной налоговой выгодой.

Необоснованной налоговая выгода будет считаться, если она получена в результате искажения сведений в учете или отчетности налогоплательщика. Если искажений нет, получение налоговой выгоды считается обоснованным при соблюдении одновременно двух условий. Первое — основной целью сделки не является неуплата (или возврат) налога. Второе — сделка реальна: стороны свои обязательства по ней исполняют. Это, считают законодатели, будет препятствовать использованию налогоплательщиками фирм-однодневок.

Также поправками закрепляется в НК РФ отказ от формального подхода налоговиков к выявлению необоснованной налоговой выгоды. Если первичные документы подписаны неуполномоченным лицом, контрагент является нарушителем налогового законодательства или тот же экономический результат можно было получить при совершении иных сделок, теперь само по себе не должно говорить налоговикам о неправомерности налоговой выгоды.

Положения закона распространяются не только на налоги, но и на страховые взносы и сборы, им должны подчиняться и налоговые агенты. Установить обоснованность налоговой выгоды налоговый орган может только при проведении проверки, по выездным налоговым проверкам положения закона начали приниматься с 19 августа, по камеральным проверкам — с третьего квартала 2017 года.

До появления поправок ясных правил, которые бы четко проводили границу между законной оптимизацией и уклонением от налогов, в законодательстве не содержалось. Последние десять лет споры бизнеса с Федеральной налоговой службой рассматривались арбитражными судами в рамках концепции необоснованной налоговой выгоды. Концепция необоснованной налоговой выгоды была введена в судебную практику Высшим арбитражным судом (ВАС) в 2006 году (постановление пленума ВАС от 12 октября 2006 года №53 «Об оценке арбитражными судами необоснованности получения налоговой выгоды»). Арбитражные суды в каждом рассматриваемом случае исследовали обстоятельства сделки и определяли, насколько действия компаний соответствуют формальным критериям, утвержденным ВАС России.

Чтобы оценить, как именно новые правила игры повлияют на взаимоотношения налоговиков и налогоплательщиков, решения арбитражных судов и в какой мере бизнесу придется перестраивать налоговую политику, РБК опросил юристов в области налогового права. Общая оценка — скорее со знаком «минус», хотя определенные плюсы, например отказ от формального подхода, эксперты все же отмечают. Юристы считают, что закон может негативно повлиять на бизнес: новая норма дает больше возможностей налоговым органам для доначисления налогов и сокращает число механизмов защиты для добросовестных налогоплательщиков. У ФНС — противоположная позиция.​

Долой формализм

Очевидный плюс поправок — теперь в НК РФ четко декларирован отказ от формального подхода к выявлению необоснованной налоговой выгоды. «Фактически уходят в прошлое те случаи, когда налоговая могла, например, отказать в возмещении налога налогоплательщику или отказать в признании расходов только потому, что в счете-фактуре пропущена запятая или допущена техническая ошибка. Закон ясно провозглашает приоритет реальности сделки над любыми ошибками, — рассказывал депутат, один из авторов поправок Андрей Макаров. — Теперь налогоплательщик не будет отвечать в тех случаях, если его контрагент не заплатил налоги».

Компании сталкивались с формальным подходом налоговых органов настолько часто, что ФНС даже пришлось издавать письмо, чтобы немного остудить пыл на местах, рассказывает партнер адвокатского бюро А2 Михаил Александров. Более 90% доначислений налогов по результатам выездных налоговых проверок приходилось на претензии к подписям на документах и сомнениям в добросовестности контрагентов, поясняет руководитель правового департамента Heads Consulting Диана Маклозян. «Суммы доначисления по выездным налоговым проверкам редко составляют менее 15 млн руб. Почти каждое решение по выездной налоговой проверке оспаривалось, причем до момента вынесения решения судом со счета компании уже списывались деньги, если денежных средств недостаточно, блокировались счета, и по сути деятельность компании была парализована», — говорит Маклозян.

Реальность сделки вместо «должной осмотрительности»

Исполнение обязательств контрагентом по сделке как подтверждение ее реальности вместо бесконечных проверок налогоплательщиком своих контрагентов как из числа поставщиков, так и из рядов покупателей (а именно это требовалось раньше) — тоже, по идее, должно быть в плюс налогоплательщикам, считают опрошенные РБК эксперты.

Последнее время сам факт контрактных отношений с фирмами-однодневками (о чем налогоплательщик может и не знать) зачастую рассматривался арбитражными судами как бесспорное доказательство получения необоснованной налоговой выгоды.

​«Тенденции в подходе судов к делам о необоснованной налоговой выгоде существенно ужесточились примерно с 2015–2016 годов — в настоящее время абсолютное большинство таких дел рассматривается не в пользу налогоплательщиков», — рассказывает руководитель группы разрешения налоговых споров Goltsblat BLP Александр Ерасов. Такой разворот в арбитражной практике совпал по времени с упразднением Высшего арбитражного суда России. В августе 2014 года Высший арбитражный суд прекратил свою деятельность, и начала действовать учрежденная в это же время коллегия Верховного суда по экономическим спорам. До 2015 года ситуация была лучше. Если компании удавалось доказать, что она проявила должную осмотрительность (один из критериев добросовестности налогоплательщика, утвержденных пленумом ВАС РФ) при выборе контрагента, то суды при условии реального совершения сделки поддерживали налогоплательщика.

Характерным является в этом отношении дело компании «Метинвест Евразия» (копии судебных решений размещены в СПС «Консультант Плюс»). Она дважды — в 2015 и в 2017 годах — оспаривала решения налоговой инспекции о доначислении налогов. В обоих случаях компании вменялось получение необоснованной налоговой выгоды при заключении контракта с перевозчиком. Налоговая инспекция сочла оплаченные компанией транспортные перевозки фиктивными. Арбитражный суд Московского округа пришел к противоположным выводам. В первый раз суд встал на сторону «Метинвест Евразия», но уже в 2017-м поддержал налоговую инспекцию.

Еще один пример. В 2014 году компании из Башкирии «Опытный завод Нефтехим» (входит в число крупнейших налогоплательщиков) удалось выиграть в трех инстанциях судебный спор с Межрегиональной инспекцией ФНС о якобы скрытых налогах в размере более 120 млн руб. Налоговая инспекция тогда посчитала, что завод не приобретал химическое сырье (как было указано в отчетности), а при производстве использовал простую воду. Арбитражные суды тогда не нашли признаков получения компанией из Башкирии необоснованной налоговой выгоды. Однако коллегия Верховного суда по экономическим спорам решения судов отменила. Свое решение коллегия обосновала тем, что арбитражный суд не исследовал саму возможность исполнения сделки контрагентом завода.

Теперь, согласно поправкам, исполнения сделки контрагентом достаточно для получения обоснованной налоговой выгоды. Но юристы указывают на несколько серьезных «но»: реальность сделки в результате исполнения ее контрагентом еще надо будет доказать. По их мнению, от детальной проверки контрагентов налогоплательщикам уйти все равно не удастся.

ФНС может счесть выгоду необоснованной, если не будет доказано, что у контрагента есть необходимые для оказания услуги оборудование и персонал, приводит пример Диана Маклозян. Поэтому важно проверить контрагента перед заключением сделки, убедиться, что у него есть необходимые ресурсы для выполнения условий договора.

Теперь бизнес должен превентивно формировать защитные механизмы, соглашается управляющий партнер юридической компании «Лемчик, Крупский и Партнеры»​ Александр Лемчик. Чтобы у налоговых органов не возникло выводов о необоснованности налоговой выгоды, компаниям надо собирать «досье о реальности сделки»: фотоотчеты, протоколы встреч, переписка, контактные данные, коммерческие предложения, информация о внутренних тендерах при заключении контрактов, служебные записки о экономической, производственной, организационной необходимости заключения контрактов​. Юридически правильный документооборот и должная осмотрительность также сыграют в пользу налогоплательщика, уверен он.

Деловая цель вместо экономической целесообразности

Второе обязательное условие, при котором компании смогут учитывать расходы и вычеты из налоговой базы, — наличие деловой цели сделки, а не только желания оптимизировать налоги.

Концепция деловой цели достаточно распространена в налоговых правоотношениях европейских стран. Суть ее заключается в том, что действия налогоплательщика не ставятся под сомнения, если у него есть разумная экономическая цель помимо собственно оптимизации налогов. «Поправки в НК РФ — это попытка законодателей ввести понятие деловой цели, которое перекочевало в российскую практику из зарубежной доктрины business purpose, легитимированной в 2006 году ВАС РФ», — говорит партнер юридической фирмы TertychnyAgabalyan Марат Агабалян.

В России попытки установить обязательность деловой цели как непременного условия признания расходов и вычетов делались неоднократно. Впервые эту концепцию предложили юристы компании Нaarmann, Hemmelrath & Partner, выигравшей еще в 2006 году конкурс администрации президента на разработку механизма разграничения законной и незаконной оптимизации налогов. Однако закрепить эту норму в кодексе законодатели тогда не решились.

Арбитражные же суды рассматривали деловую цель сделки как важное, но далеко не единственное условие права налогоплательщика на признание расходов.

Впрочем, юристы считают, что на практике при спорах с налоговиками поправка сильно ситуацию не изменит. Так, в поправках не описаны способы доказать, что основной целью совершения сделки не является неуплата налога, размышляет Диана Маклозян, а значит, эти вопросы опять будет решать суд. Например, если вы занимаетесь продажей продуктов, то расходы на закупку строительного оборудования вызовут вопросы у налоговой, приводит пример Маклозян. Поэтому надо четко понимать, как расходы связаны с вашей деятельностью и каким образом при проверке вы сможете доказать, что услуги были реально получены. «Скорее всего, ФНС РФ будет продолжать оспаривать экономическую целесообразность сделок налогоплательщиков. Ведь новые правила этого прямо не запрещают», — согласен и Марат Агабалян.

Иначе думает руководитель правового департамента ФНС России Олег Овчар: «Информация о нарушениях компанией налогового законодательства может быть самой различной. Вводить какие-либо ограничения по использованию этой информации для выявления нарушений по уплате налогов и возврате средств в бюджет никто не будет. Но экономическую целесообразность сделок мы не исследуем. Мы проверяем, во-первых, была ли сделка исполнена контрагентом, во-вторых, были ли обоснованы расходы по сделке, то есть послужили ли они достижению экономического результата. Вот и всё».​

НК РФ vs постановление пленума ВАС

Отдельный вопрос, который остается открытым, — как поправки НК РФ будут работать вместе с действующим постановлением пленума ВАС РФ, указывают опрошенные РБК юристы. Их мнения по этому поводу разошлись.

Так, Марат Агабалян считает, что поправки в Налоговый кодекс внесены с целью привести действующее законодательство в соответствие со сложившейся судебной практикой. «Новая статья 54.1 НК РФ дополняет постановление пленума Высшего арбитражного суда, но принципиально нового ничего не вносит», — говорит он. Схожее мнение у Александра Ерасова: «Фактически новая статья (54.1 Налогового кодекса. — РБК) представляет из себя сокращенную версию постановления ВАС №53». Но, оговаривается он, «со множеством пробелов и весьма нечеткой терминологией». Остается надеяться, продолжает Ерасов, что при рассмотрении споров в целях защиты добросовестного бизнеса арбитражные суды в дополнение к положениям новой статьи будут продолжать применять также и отсутствующие в ней положения постановления пленума ВАС».

​В новой статье отсутствуют и такие важнейшие гарантии, как презумпция добросовестности налогоплательщика, концепция должной осмотрительности и действительного экономического смысла сделок, добавляет Ерасов, которые устанавливались постановлением ВАС. ​Законодатель не построил новые рельсы, а проложил дополнительные пути налоговым органам, указывает и старший юрист BGP Litigation Денис Савин.

Олег Овчар видит совместную работу поправок и постановления пленума ВАС следующим образом: «Мы (налоговое ведомство. — РБК) стремимся к прозрачности во взаимоотношениях с бизнесом. Новая статья 54.1 ввела в Налоговый кодекс два ясных и понятных условия признания расходов по сделке: реальность исполнения обязательств контрагентом и ее деловая цель. Эти условия основные. На их основании будут приниматься решения о признании либо непризнании расходов и вычетов. Прочие критерии, в том числе и упомянутые пленумом ВАС в постановлении №53, могут использоваться как дополнительные».

Бизнесу предписана бдительность

С учетом всего вышесказанного бизнесу стоит удвоить бдительность, резюмирует Александр Ерасов: «Новая статья 54.1 НК РФ предусматривает гораздо меньше механизмов для защиты прав добросовестного бизнеса по сравнению с постановлением ВАС №53 и гораздо больше возможностей для обоснования налоговыми органами произведенных доначислений».

Кроме того, закон пронизан новой терминологией, но не дает определения этих терминов, указывает Савин: «Например, не совсем понятно, что следует понимать под «искажением сведений о фактах хозяйственной жизни», «правами при исчислении налоговой базы». Это дает возможности для крайне широкой трактовки норм закона, считает юрист.

Также предпринимателям не стоит думать, что способы получения налоговой выгоды, не попадающие под действие норм нового закона, теперь легализованы, поясняет Денис Савин. Такие методы агрессивной налоговой оптимизации, как дробление и расщепление бизнеса или привлечение офшорных компаний, действительно не попадают под действие новой статьи НК, объясняет он, но в суде ФНС все еще может доказать нелегальность этих схем, опираясь на все то же постановление ВАС.​

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector